Carpe Retractum

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Цыпочка

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://s5.uploads.ru/pw2HP.jpg

Название: Цыпочка
Участники: Bellatrix Lestrange, Rodolphus Lestrange и Lord Voldemort в исполнении Bartemius Crouch Jr.
Место действия: Лестрейндж-холл.
Время действия: июнь, 1996
Описание: Отродясь не чаешь, чем может обратиться на грядущее утро мирская, скромная пожирательская гулянка. Когда бубен забит думами о том, как бы поживее да пошибче утолить жажду и отбояриться от мигрени, и не сразу осознаешь, что физиономия супруга в зеркале, на самом деле - твое отражение...
Предупреждения: NC-21

+2

2

И какой дементор только дернул меня подписаться на вчерашнее безобразие с утонченным названием «барбекю»? Впрочем, нет, если посудить объективно, безобразием это назвать довольно сложно, и если отдельные личности решили превратить празднество моей сестры в местный филиал заповедника по разводу взрывозадых скрутов, то это только их личное дело. Однако от этого никак не легче – подобные мероприятие, несмотря ни на что, с раненого детства не вызывали у меня ничего, кроме отторжения, и мне стоило огромных усилий, чтобы заставить себя прийти и на этот небольшой прием Нарциссы. Все ради сестренки, как же ей можно отказать? Глупые детские привычки, оказывается, имеют куда большую силу, чем я предполагала. Правда, при всем при этом мне было довольно трудно скрывать свое раздражение, вызванное необходимостью присутствовать здесь почти до вечера, и я даже не заметила, как потянулась к вину. Обычно я пью очень мало, а если быть до конца откровенной, то не пью вообще, но здесь, казалось, это было единственным выходом, дабы «нечаянно» не разбить что-то о чью-то голову.
Тогда я подозревала, что на утро пожалею о своем необдуманном поступке выпить несколько бокалов вина.  Сейчас же я в этом абсолютно уверена и всей душой жалею о том, что связалась с этим напитком, хотя, на самом деле, и я не подозревала, что после такого небольшого количества алкоголя может настолько гудеть голова. Это было первое, что я ощутила, когда меня медленно, но верно стал покидать сон. Второе же – это отвратительное чувство во рту, словно там передохло несколько поколений кошек хогвартский смотрителей. Почему-то захотелось сплюнуть, и только потом прополоскать рот каким-нибудь приятно пахнущим настоем. Впрочем, слишком тяжелая голова, а еще какое-то неестественно огромное и до излишества несуразное тело тут же воспротивились желанию добраться до шкафчика с зельями. Я попыталась пошевелить ногой, и это тут же отозвалось неприятной тянущей болью во всем теле так, как будто бы я целый вчерашний вечер бегала по горам и отбивалась от преследующих меня авроров, а после попала под горячую руку к горному троллю. Тут же попыталась восстановить в голове картину вчерашнего вечера, и память мне подсказала, что ничего подобного не было. Около десяти вечера, когда все окончательно мне осточертело, я схватила своего мужа, и аппарировала нас обоих в Лестрейндж-Холл (доверять ему самостоятельную аппарацию я не рискнула, так как потом мне совершенно не хотелось мотаться по стране, собирая его расщепленные части тела). Однако странная тяжесть в теле, неприятно ноющие конечности мне совершенно не нравились – или это оказалось последствием того, что происходило перед самым сном? Нет же, ничего особенного не происходило, поэтому это лучше всего тут же исключить из памяти ненужные детали. Хотя, из памяти они исключились довольно быстро, что нельзя сказать о странном тянущем желании в низу живота. Именно в тот же момент я слишком ярко ощутила, что ко мне прижимается теплое тело, а в нос ударил запах чего-то непривычно сладкого – совершенно не похожий на знакомый аромат табака, но в то же время все же что-то мне напоминающий.
Приоткрыв глаза, я не увидела ничего, кроме небольшого, но очень плотно укутанного в одеяла клубка, который, собственно, ко мне и прижимался. Конечно же, меня не могли не смутить его слишком маленькие размеры, так же, как и я не смогла не отметить то, что комок лежит с той стороны кровати, где обычно сплю я.
Все идиотское вино… - почему-то пришла в голову мысль, а после я попыталась поднять голову. Перед глазами тут же все поплыло, и я поспешила уронить ее на подушку. Это движение получилось тоже неестественно неудобным. А еще нарастало щекочущее чувство внизу живота – и почему это вдруг оно стало настолько явным и так стремительно увеличивалось? Нет, конечно, у меня никогда не было с подобным проблем, однако… однако… то, что происходило сейчас, было с л и ш к о м. И, вероятно, мне бы не помешало любыми силами подняться с кровати и посетить душ, иначе могло случиться что-то не слишком приятное. Что именно неприятное, я так и не решила и стала медленно подниматься с кровати. Для этого пришлось выпутаться из почему-то обхвативших меня рук-ног «одеяльного комка», тихонько выругавшись под нос – в тот момент мне почему-то показалось, что голос у меня охрип. А я ведь вчера даже не кричала…
Слегка поморщившись от соприкосновения босых ног с полом, я кое-как поднялась на ноги, чувствуя, что переставляю их с огромным трудом – они кажутся слишком длинными, а тело совершенно неповоротливым. Может, меня вчера кто-то незаметно огрел Конфундусом?
Дойдя до ванной, соединенной со спальней, я почувствовала, что долгожданное спасение душем слишком близко, но вдруг замерла. В большом зеркале на полстены перед моим туманным взглядом предстал мой ненаглядный муженек со странным бестолково-озадаченным выражением, да еще и в чем мать родила…
– Руди, какого драккла… - начала было я, и в тот же момент у Рудольфуса в зеркале выражение лица лицо стало возмущенным, открылся рот, и он стал что-то говорить. Мой голос сорвался, и замолчал и он. Следующее, что заметила, так это то, что в ванной находится он один, а я в зеркале не отражаюсь. Я стала вампиром? Или… нет. Нет. Или я стала… Рудольфусом?..
Мои глаза невольно пустились вниз. То, что я увидела внизу, то, что причинило мне столько странных ощущений, когда я проснулась…
– РУДИ!! – мой голос оказался на удивление громким, и больше напомнил рык взбешенного дикого зверя, чем мой собственный. Или же... не дикого зверя, а моего мужа. А еще в нем явно звучала нескрываемая паника – да и как можно было не паниковать?!

+2

3

Мне снился дивный сон. Настолько дивный, что я ощущал себя чем-то невероятно малешеньким, но не могу утверждать точно, чем именно... наверное, какой-нибудь козявкою или трудолюбивым муравьем... Мне было просто хорошо: никаких забот, никаких проблем. Помню то ли кавзех, то ли чудотворный вертеп... Но не столь важно! Из этого дивного состояния, именуемого сном, меня вывел громогласный рев: я было подумал, спросонья, что к нам в комнату заскочил мой братец, дабы оповестить охреневших супругов о том, что они благополучно прое..спали важное собрание... Каким образом, и почему Басти, вдруг, кличет меня "Руди", а не "Рудом", да и какого хера этот бузотер делает в Лестрейндж-холле спозаранку - вопрос достопримечательный... Но не будем отвлекаться!
Как только где-то в отдалении раздался сей гвалт, я невольно вздрогнул и резко сел в кровати, но, мать моя родная, меня опутало нечто... Я не мог сообразить где я, и что вообще происходит и только по прошествии мизерного количества времени, я осознал, что нахожусь во власти толстенного одеяла. Блядь... - негодовал я, шепча брань, и пытался выбраться из своеобразного кокона. Руки мои и ноги работали с неимоверной скоростью, выбивая из мягкой перины пыль. Я был похож на утопающего, который старался всеми силами выкарабкаться на поверхность - да чтоб тебя, сука! - взвизгнул я, но не успел подумать о тональности сего пищания, поскольку моя голова наконец-то выбралась на свежий воздух, я и не сразу смекнул, что за ерундовина перекрывает мне видимость. Пока я выбирался из ловушки, состроенной, поди, мной самим после бурно проведенной ночи, моего слуха коснулся всё тот же, до боли знакомый голос . Решив вставить хорошей пиздюлины своему братцу, который, судя по всему забрался к нам в ванную и горланил оттуда - одному всемогущему известно зачем - я перекатился на пустую сторону кровати, не успев подумать, куда делась моя супруга, и ебнулся на пол, снова запутавшись в том же самом одеяле - будь оно проклято. То ли я схуднул за ночку, то ли дьявольское творение приглушило звук моего падения, в общем: я не уловил того гомона, который предполагал услышать.
- Иду, - опять пропищал я, брыкаясь в одеяле и пиная его, чтобы поскорее выкарабкаться, и, встав на четвереньки, сдавленно кашлянул в кулак, дабы прочистить горло и вернуть себе родной-прокуренный. Взор мой по сю пору оставался перекрыт чем-то пока еще неопределенным, что, однозначно, спадало с моей головы. Наконец, оказавшись на своих двоих, я было дал деру, в надежде залететь в ванную, но опять же зацепился своей дылей об окаянную верюгу и повалился к косяку, но чудом успел схватиться за него и остаться в висячем состоянии. При этом, я почувствовал странную колику в области ногтя на безымянном пальце правой руки - наверное, зацепил.
Как только я более менее пришел в себя, после полетов вселенского масштаба, и даже твердо встал на ноги, всё мое нутро воспротивилось увиденному. Я охуел. В иной интерпретации и не вымолвишь.
- Это что, блядь, такое? - голосом супруги произнес я, смотря на себя, стоящего передо мной с огорошенной мордой. Я был настолько ошарашен, что даже не заметил своей божественной красоты. Сейчас меня куда более волновало одно: если я там и я тут, но там я - полностью я, то тут...
Я почувствовал, как заколотился мой движок и, казалось, прекратилась подача кислорода. Медленно подняв дрожащую длань, я лицезрел тонкую ручку свой Беллс с обломанным ногтем на безымянном пальце. Нет, погодите, не хочу верить, не может этого быть! Я поднял вторую руку - так же медленно, так же трясуче. Взор мой по-прежнему перекрывался чем-то длинным, но это не помешало мне разглядеть в непозволительной близости высоко вздымающуюся грудь... Руки мои сами потянулись к ней и, обхватив оба мягких предмета, хорошенько сжали ее, отчего я сам и выругался, баклан, было больновато. И только сейчас ко мне пришло осознание, что всё это время перед моим взором колыхались длиннющие волосы. Всё еще не веря своим глазам, ушам и ощущениям, я рванул вперед, не отпуская грудь и расположился впереди "своего тела" дабы заглянуть в зеркало...
- Ебаный свет! - мои ругательства из уст Беллс звучали невыносимо грязно. Я, наконец, отнял руки от груди и убрал спадающие на лицо волосы, которые всё это время перекрывали мне видимость. Опустив глаза ниже, я не остался равнодушным - мой член! - да. Тот, кем я гордился немало лет, собрал чемоданы и свалил к ебеням.
Я сделал шаг назад и наткнулся на нечто, напоминающее... - блядь! - я молниеносно выгнул спину и отпрыгнул в сторону, сверля взором собственного ваньку-встаньку, который был не у меня, а передо мной и вполне себе "вставший".
- Как?... Что за...? Нет! Стоп, - держась одной рукой за грудь (больше я не знал, как подобраться к тарабанившему сердцу), а другую выставив вперед я заглянул "своему телу" в глаза... - эм... - я потерял дар речи. Тот, кто пизди'т без устали, способен растерять навыки разглагольствования в подобной ситуации - проверено... - Белла? - вопрошал я голосом супруги, смотря на себя, стоящего перед собой. Тут мозг сломать можно - ахаха, я сплю... - я нервно хохотнул, распознавая в своем голосе истеричные нотки смеха супруги, но тут же стал серьезным: - Ебни меня чем-нибудь, мне надо проснуться...

+1

4

Какое-то время я молча стояла на месте, не в силах пошевелиться и каким-либо образом возродить свои и без того загустевшие сутра и от выпитого накануне мысли. Просто стояла и… смотрела. Смотрела и стояла. Конечно же, это просто последствия алкоголя или заклинания какого-то незадачливого шутника (вычислить, найти и заживо содрать кожу). Это отражение никак не может быть моим. Просто я вижу это лицо слишком часто, вот оно и мерещиться мне в зеркале. На том, что в зеркале видно не только лицо, но и другие, более занимательные части тела, я решила не заострять внимание. Хватит с меня и того, что я в них ощущала. Только подумав об этом, я даже поморщилась – внизу живота снова заныло, и на этот раз куда более неприятно, чем прежде. Я не рискнула снова опустить взгляд, только сильно стиснула зубы.
Естественно, это какой-то отвратительный сон и не более того. Сейчас я ущипну себя и снова проснусь на кровати, на с в о е м месте, а Рудольфус будет лежать р я д о м. Так я и сделала, со всей силы ущипнув себе руку, и в тот же момент не смогла сдержать громкий возглас: кажется, я сжала себе кожу куда сильнее, чем собиралась. Случайно подняла взгляд, и зеркало тут же продемонстрировало мне странное озадаченно-жалобное выражение на лице моего мужа, и, пожалуй, если бы не более насущные проблемы, я бы не смогла сдержать долгосрочного приступа смеха. Сейчас же мне захотелось выдать какую-нибудь одухотворяющую тираду в лучшем стиле моего супруга, и только я открыла рот для этого подвига, как в зеркале таки появилось мое отражение. Очень странное и раскоряченное, но вдруг показавшееся мне таким родным и желанным! Прежде никогда в жизни я не подумала бы, что буду так радоваться собственному отражение – ведь нарцсиссизмом не страдала, о своей внешности пеклась без фанатизма, а здесь… Ощутив усиленное сердцебиение и мгновенный приступ радости, я уже было облегченно вздохнула, но тело ни с того ни с сего заговорило. Я же не произносила ничего. Тело же осведомилось у меня о том, что происходит, да еще с лучшими интонациями моего муженька «я ни драккла не понимаю», что могло свидетельствовать только о ранней или поздней буре. Впрочем, если я действительно не спала, то она назревала так или иначе, но разве я могла хоть раз в жизни уступить ему часть стать инициатором очередного скандала? Даже если бы он стал мной…
Я уже было открыла рот, дабы сказать что-то или спросить в чем дело, но замерла, не в силах нормально реагировать на происходящее. Каким-то неосознанным движением я провела руками по телу, но обнаружила только рельефный торс без малейшего намека на мягкие выпуклости. А в тот же момент «я» проскочила передо мной и стала крутиться перед зеркалом, от чего мне стало совсем не по себе – точнее не мне, а тому, что было внизу живота и явно жило своей, отдельной жизнью. Пришлось отодвинуться назад, а когда мое собственное женское тело повернулось и стало рассматривать эту картину, я не смогла в себе подавить желание прикрыться, но тут же пожалела об этом – тело заныло еще сильнее.
- Белла?
- Твою же мать, Рудольфус! , - почти жалобно прошипела я, но тут же мой взгляд явно приобрел излюбленное фирменное выражение «не подходи, убью». Впрочем, я тут же вспомнила о том, что вряд ли оно возможно в таком положении.
- Ебни меня чем-нибудь, мне надо проснуться, - голос звучал одновременно серьезно и истерично.
Почему-то подумалось, что сделать то, что он попросил, возможно только одним способом, но тут же мне стало не по себе от того, что мне в голову вообще пришла подобная мысль. Тут же захотелось заорать. Истерично и гневно, как могу только я, а потом еще и наброситься на мужа, предположительно застрявшего в моем теле. Но смогла выдавить из себя совсем другое:
- Убери это, - мои руки почти с омерзением указали на гордо возвышающийся орган, и мне пришлось поднять глаза к верху, чтобы не лицезреть эту картину. – Сейчас же.
Мой голос (точнее моего мужа) звучал на удивление спокойно. Ну и, конечно же, это не могло предвещать ничего хорошего.

+1

5

- Твою же мать, Рудольфус! - пробасил мой голос, и я отчего-то невольно поежился - не каждый день удается лицезреть нечто подобное... Ну ладно бы там  п р о с т о лицезреть, так тут еще и целый калейдоскоп ощущений в придачу! Моя морда, смотрящая на меня с расстояния полуметра, выглядела пугающе настороженной, мне, отчего-то, показалось, что вот эта вот ручища, которая всю жизнь принадлежала мне, сейчас хорошенько залепит мне оплеуху, как я и просил... Нервно сглотнув, я приготовился - на всякий случай - поставить блок, но не был уверен, что хрупкое тело моей супруги сможет без печальных последствий отразить атаку ее-моей лапы... Блядь... я запутался...
К счастью, Беллс будто бы поняла, что не стоит терроризировать меня своим убийственным взором и быстренько сменила его на более мягкий. Я расслабился...
- Убери это, - гребанный же ты стыд! - я прыснул, наблюдая, как супруга в моем теле жалобно поднимает глаза к потолку и указывает пальцем на мой-но-уже-ее член.
- Убрать? - сквозь смех, удивленно вопрошал голосок моей супруги, а ее-мои руки снова потянулись к груди - и почему она обладает таким магнетизмом? Как только бабы не мацают себя каждодневно... - Прости, Беллс, убрать "это", я не могу - он мне еще понадобится... А вот тебе я советую сходить в туалет - полегчает... - я кивнул на фарфоровый туалет за ее-моей спиной и приготовился уже было покинуть ванную комнату, но тут меня осенило: Она же обгадит здесь все стены... - эм... Радость моя... - я неторопливо подошел к супруге в моем теле, задумчиво прикасаясь пальцем к своим-ее губам... Вариант с сексом я решил не озвучивать... - Может, мне помочь тебе? - по обыкновению прищурив один глаз, я неуверенно воззрился на нее (бля, тело-то мое) - не каждый же день ей приходится справлять свою маленькую нужду в присутствии кого бы то ни было... Я б и сам не согласился, чтобы во время сего таинственного действа, кто-то не только был рядом, но и держал мою пипиську... - Нет, я, конечно, не настаиваю, но ты же понимаешь... что тут требуется сноровка... - будучи неуверенным в том, согласится она или нет, я мысленно принял для себя второй вариант и, не позволяя ей вставить хоть слово в мою очередную тираду, я продолжил: - Впрочем, я могу отвернуться и постоять за твоей спиной, дабы, скажем так, незримо руководить процессом, объясняя тебе в теории, как и что необходимо делать... Например... тебе нужно будет представить в унитазе муху и стремиться попасть именно в нее... - пожалуйста, не улыбайся и не смей ржать - наставлял я себя - Член хватай покрепче, но не увлекайся... стряхивай не более двух раз - в противном случае, ты уже станешь с ним играться... - я указал взором на стоящий член, явно просящий прикосновений и, дабы не смущать супругу, резко поднял глаза на нее. Она молчала... И ее недолгое молчание со взглядом, устремленным на меня, снова принудило меня быть готовым к неожиданной атаке с ее стороны, но с моими конечностями... Это в своем теле она могла колошматить меня, сколько влезет, и мне было начхать на ее попытки причинить мне увечья без применения магии, а вот нынешняя ситуация вселяла в меня уверенность куда меньше...

+1

6

Бросаю на супруга очередной уничтожающий взгляд. И он это серьезно? Вроде бы в такой ситуации нормальному человеку должно быть не до шуток. А впрочем… речь же идет о моем муже, а тогда и не стоит говорить о нормальности. Конечно же, о себе в этот момент я не думаю, меня куда более волнует ноющее чувство внизу живота, и я точно знаю, что это не желание сходить в туалет. К тому же под четким руководством Рудольфуса. В воображении тут же рисуется картина, как он берет его, направляет, проводит какие-то манипуляции…
Мерлин подери, кажется, от этой мысли мне становится легче, и жар уменьшается. Я даже осмеливаюсь опустить глаза вниз, дуба посмотреть на результаты. К сожалению, это чувство – то ли фикция, то ли полегчало мне совсем незначительно. Мгновенно отвожу взгляд от этого безобразия и хмуро и озадаченно смотрю на мужа.
Ты вообще сдурел вконец? – только и могу сказать я. Еще мне кажется, что в моем голосе слышаться нотки паники. В то же время я замечаю, как губы Руди, ну… то есть мои губы, которыми сейчас управляет мой муж, едва сдерживаются от того, чтобы не растянуться в улыбке. Все же, это мое тело, и я неплохо знаю, в какие моменты и что с ним происходит.
Тебе смешно! – очень странно слышать голос моего мужа настолько низким, да еще и украшенный истерическими нотками. На моем, точнее, на его лице сейчас небывалое возмущение. А в следующий миг я буквально подпрыгиваю на месте, кидаясь в сторону душа.
Холодная вода, лед! Вот что поможет!
По пути поскальзываюсь, не в состоянии свыкнуться со своими слишком длинными ногами и непривычных габаритов тело, и совершенно позорно падаю на пол, больно ударяясь коленкой о мрамор.
Твою мать, драккла гребанного налево! Да что же это такое!..
До душевой добираюсь уже заметно хромая, стараясь не оборачиваться и не смотреть на мужа – нечего ему доставлять удовольствие его озадаченно физиономией. Мои руки тянутся к крану, дрожащие пальцы откручивают несколько краников, и в тот миг, когда я уже готова переступить через бортик, я резко выпрямляюсь и вскрикиваю от неожиданности. Чувствую жжение в левой руке, и с каждой секундой оно становится все сильнее и сильнее – давно такого не было. Рефлекторно накрываю предплечье, после чего таки оборачиваюсь на мужа, глядя на него еще более обескураженным взглядом.
Мда, если минуту назад я думала, что хуже ничего не может быть, то я ошибалась. Вот что значит хуже, вот что определенно хуже. Вот что такое настоящая катастрофа!
Уже не скрывая паники смотрю на Рудольфуса, пытаясь понять, происходит ли с ним то же самое, что и со мной. А если нет, то чей это вызов – мой или его? Тело-то его, но сущность-то моя, а магия Метки, как мы знаем, привязана к душе.
– А вот это, кажется, уже совсем плохо…

+1

7

Боги, как же ржачно выглядит сейчас мое тело, управляемое моей супругой... Я похож на... Не хочу даже об этом думать - весь такой... как баба, в общем, хорошо хоть выгляжу, как мужик... Но взгляд... Этот чертов немощный взгляд и истеричный голос... Тут в пору приложить ладонь к лицу и качнуть головой, мол, гребанный стыд, господа... Ладно, член с ним, буду держаться серьезным до конца. А вообще: как же это прекрасно - просыпаться с утра без стояка! Вот теперь Беллс узнает, ЧТО это такое - хочется коварно хохотнуть.
- Ты вообще сдурел вконец? - негодует моя... красавица.
- Да что я опять не так сделал?! - всё-таки улыбка проскальзывает на лице, которым я сейчас управляю.
- Тебе смешно!
- Ты предъявляешь мне претензии, потому, что мне смешно?! - я даже развел руками в стороны - Беллс, прекрати истерить. Стояк - это не проклятие. Это признак здорового мужика! - сам горд за свои слова. Моё ж тело, как-никак - Просто следуй моим указаниям, мать твою Друэллу, и... - я не успеваю договорить.
- Холодная вода, лед! Вот что поможет! - ага, да... Кто б меня слушал. Щас прям.
- Блядство... - тихо выдыхаю и располагаю руки на поясе, наблюдая за манипуляциями супруги. Вот она по обыкновению срывается с места, вот бежит, вот приземляется... Все бы ничего, НО ЭТО МОЕ ТЕЛО, НАХ! И картина, которая открывается мне, выглядит настолько нелепо и ржачно, что я даже нечаянно хрюкаю, когда начинаю хохотать.
- Твою же маму... ты покалечишь меня еще раньше, чем мы найдем способ вернуть нам наши тела... - супруга меня не слышит - просто ругается себе под нос и поднимается с пола, тут же, без прежней спеси, продолжая прихрамывать к ванной.
Не двигаясь с места, я наблюдаю за ней, слышу шипящий звук текущей воды и уже представляю, как будет горланить моя Беллатрикс, когда окажется в ледяной воде... Ну-ну - думаю - Дерзай... - и только эта мысленная ухмылка проскальзывает в моей голове, я ощущаю привычное жжение в левом предплечье. Вот тебе раз. Смотрю на супругу в своем обличье и понимаю - мы пропали. Как мы будем справляться на собрании? Лордэ же всё поймет... Потом нас ждут приставучие коллеги, колкие шуточки и идиотские, нескончаемые вопросы - "как там живется-то в бабском теле?" Как живется... Хорошо, блядь, живется! Без происшествий...
- А вот это, кажется, уже совсем плохо… - знаю, что плохо! Но что нам делать!?
Она так и стоит около ванной с округленными глазами и держится за Метку.
- Белла, еб твою мать, иди уже под воду! - я располагаюсь у нее за спиной и толкаю ее к бортику ванной, заставляя перелезть через него. Мысленно решаю, если она захочет поссать - справит свою нужду прямо здесь - в воде.
Снимаю с крепления душ, делаю напор воды посильнее, слегка прикручиваю краник с теплой водой и направляю струю прямо на прекрасный торс своего невероятного тела, которым сейчас управляет моя Беллатрикс... Холодная вода, соприкасаясь с напряженным телом, разлетается ледяными брызгами во все стороны, попадая и на меня. Приходится даже звучно выдохнуть, дабы не заорать...

+1

8

Метка, кажется, горит только сильнее, а Руди толкает меня к бортику ванной. Наверное, в ином случае я бы просто-напросто перелетела через него и хорошенько бы вмазалась в стену лбом, однако размеры тела моего мужа позволяют мне воспринимать толчки моего собственного, как легкие прикосновения. И, если бы не усугубление «нижепоясовой проблемы номер один», я бы даже сказала, что они приятны. Тьху ты, для него, конечно же приятны, не для меня!
Неужели я и в мыслях постепенно превращаюсь в него?! – мелькает в моей голове паническая дума, и приходится несколько раз резко мотнуть головой, чтобы отогнать ее.
Она улетает очень быстро, учитывая, что Руди продолжает запихивать меня в ванную, и на этот раз это получается более успешно. Да, я ударяюсь локтем о стену, после чего следует:
– Мать твою, Лестрейндж, аккуратнее! Как только избавимся от этой хрени, будешь ставить себе синяки сколько угодно, но пока я здесь – будь добр, повремени!
Он тем временем обдает меня щедрой струей воды, отчего временно мое тело неожиданно расслабляется, хотя причинному месту от этого легче не становится. Я ежусь, видя, как волоски на руках становятся дыбом и на лице невольно отражается самое жалобное выражение. Могу поспорить, что даже Руди не способен на такую вот гримасу без помощи моей сущности в его теле. Метка продолжает пылать, и я понимаю, что чем больше пульсаций в предплечье я ощущаю, тем ближе мы с мужем к тому, чтобы хорошенько схлопотать по своим задницам хорошим Круциатусом – если не похуже.
– Только не говори, что за эти несколько минут, пока мы будем собираться на вызов, мне нужно будет себя трахнуть, – почти жалобно говорю я, указывая взглядом вниз. Черт возьми, я уже даже и на это согласна, только бы поскорей отделаться от самовольной жизни этого проклятого органа! При мысли о том, что придется трахнуть саму себя, мне становится не по себе, и, кажется, даже члену приходится легче. Впрочем, когда я снова опускаю на него взгляд, то меня в буквальном смысле передергивает от того, что я вижу. Зажмуриваюсь, надеясь, что больше мне никогда не доведется наблюдать подобную картину. А еще на то, что Руди поможет мне с этим и у него хватит ума об этом никогда в жизни не упоминать. Стараюсь не думать о том, как его – ну, то есть мои небольшие ладошки помогают этому телу и его главному атрибуту избавиться от части проблем, и открываю глаза только тогда, когда чувствую, что проблема решена.
Когда разворачиваюсь, не могу не бросить грозный взгляд на супруга:
– Ели только попробуешь что-то отвесить по этому поводу… – кажется, я раздражаюсь настолько, что голос моего супруга больше походит на шипение.
Далее процесс принятия душа происходит стандартно и более-менее привычно, если не считать, что в этом теле я чувствую себя необычайно неповоротливой и то и дело ударяюсь то о стену, то о крепление для душа, то едва не поскальзываюсь на упавшем мыле.
– Драккл тебя дери, Руди, как ты вообще живешь… – ворчу я, поспешно вылезая за бортик и тянусь к первому попавшемуся полотенцу, чтобы вытереться от холодных капель. К сожалению, избавиться от главной проблемы полностью не удалось, однако заметное облегчение я ощутила.
Оборачиваюсь, смотря на Руди-себя, у меня отвисает челюсть, и первую секунду я даже ничего не могу сказать.
– Черт бы тебя побрал, ты что сделал с моими волосами?! – почти ору я. – Ты намочил их! Ты хоть представляешь, что теперь будет?!
Нет, нельзя сказать, что я так сильно пекусь о своей внешности, вот только волосы – это мое слабое место. Не поддаются ни косметическим чарам, ни каким-либо зельям и волшебным средствам, и от этого я мучаюсь всю свою жизнь.
И, тем временем, я знаю, что нам нужно как можно скорее одеться и оказаться в Малфой-Меноре, иначе, вероятнее всего, скоро чета Лестрейндж исчезнет с лица этого мира. И вряд ли нашего Лорда будет волновать такой нюанс, как мы благополучно перестали быть самими собой.

+2

9

Когда мне с горем пополам удается запихнуть супругу в моем теле в ванную и даже обдать ее-себя холодной водой, с уст моего тела, но усилиями же Беллатрикс, слетает отборная брань... Не такая, конечно, как у меня, но всё же - мне начинает казаться, что мышление моей Беллс начинает переформировываться в мое собственное.
И кто же нам так подсобил в этом весьма странном...деле.
- Боже мой, чего ты разоралась? Не помрешь, успокойся, - обращение к своему телу в таком контексте выглядит весьма необычно - умом-то я понимаю, что передо мной Беллатрикс, но у меня начинает складываться впечатление какой-то особой неправильности, а мозг, находящийся в теперешней черепной коробке, упорно говорит мне о том, что я сверзился с катушек. Впрочем, это необъяснимое чувство тут же растворяется, когда я выслушиваю следующую реплику:
- Только не говори, что за эти несколько минут, пока мы будем собираться на вызов, мне нужно будет себя трахнуть...
- Что? - даже опускаю душ. Уверен, глаза мои сейчас расширились от удивления - Трахнуть? Ты сдурела? - нет, ну правда - чтобы меня, хоть и в бабском теле, трахало мужское тело? Блядь, я щас ебнусь - Беллс, это всё, конечно, очень соблазнительно, но.. - издаю нервный смешок - я как-то психологически не готов скакать на члене... - внимательно прослеживаю за жалобным взором своей любимой. Боги, сколько можно терроризировать мой член?? Сколько ему вытерпеть сегодня пришлось. Обессиленно выдыхаю, закатывая глаза к потолку, и уверенным движением обхватываю ствол своего "орудия" - Давай, сладкая, подняпрягись чуток, я не буду смотреть, - демонстративно отвожу взгляд в сторону и перехватываю член поближе к головке - Что делать дальше - знаешь.
На долю минуты в помещении образуется мертвая тишина, прерываемая лишь звуком льющейся воды. Вдвойне льющейся.
- Ели только попробуешь что-то отвесить по этому поводу…
- Да ничего я буду говорить! - перебиваю супругу и отпускаю ее... свой член - умница, - не удерживаюсь от улыбки, зная, как сейчас полегчало моей родной, правда, от таких вот прикосновений она, скорее всего, думает сейчас о том, что предлагала мне совсем недавно.
Пока я, снова перехватив душ и сделав воду более менее теплой, обмываю свою красавицу (я и не думал даже, что я настолько волосат), она успевает разгромить на своем пути всё и вся. Меня это только веселит.
- Драккл тебя дери, Руди, как ты вообще живешь…
- Попрошу без оскорблений - слегка прищуриваюсь на собственный лад и прикручиваю воду - я, между прочим, не жалуюсь на твои длиннющие когти и волосы, которые вечно лезут в глаза и в рот! - неужели в моем голосе присутствуют... истеричные нотки? Бля, я не хочу становиться бабой... Я поворачиваюсь к Беллатрикс и замираю. Мое сердце пропускает удар, когда медвежеподобный исполин налетает на меня с криками, суть которых до меня даже и не доходит. Я и не осознаю, как машинально делаю шаг в сторону и натыкаюсь задом на раковину:
- Не ори на меня, - выходит шепотом. Тут же ко мне приходит осознание происходящего, а сызнова дающая знать о себе метка приводит меня в себя - блядь, да чтоб тебя! - отталкиваюсь от раковины, беру супругу за запястье и уверенным шагом веду ее прочь из ванной комнаты, надеясь на то, что наше малюсенькое опоздание не будет замеченным... Ага, не будет...
- Одевайся... - войдя в комнату, по привычке открываю дверцу шкафа и роюсь в своих - мужицких - вещах: откидываю на кровать брюки и рубашку, достаю с полки боксеры, носки и только вид сисек перед глазами останавливает меня - вот дерьмо... - бубню себе под нос.
Поворачиваюсь к Беллатрикс и тут до меня доходит...
- Ну уж неет... Я не стану одевать твой хренов корсет! И даже не смей о нем зарекаться! Я одену только платье, - мда... стоим голые, оба. У тела моего всё еще полувозбужден член, Беллс молчит, я разглагольствую, и мы жутко опаздываем на собрание. Рука щас отвалится, блядь - сколько можно звать??
- Что делать?

+2

10

Все смешивается и превращается в единую смазанную картину: как и то, что я вижу, так и то, что у меня в голове, так и то, что я чувствую. Но точно могу сказать, что на первом месте из всего этого прекрасного букета я испытываю раздражение, приправленное то нарастающей, то становящейся просто невыносимой паникой. Это все боль в Метке – предплечье требовательно пульсирует, а мне так и хочется заорать на нее, чтобы она заткнулась, так как раньше, чем успею, я ничего не успею.
Да еще и это проклятье тело не хочет меня слушать – на выходе из ванной я чуть не сбиваю своего мужа с ног, натыкаясь на него сзади, не в силах рассчитать быстроту собственных движений. Да и вообще не в силах ничего рассчитать.
Пока муж справляется с собственной одеждой, я открываю свою часть шкафа, и вытаскиваю первое попавшееся платье, чулки, трусы, нижний корсет и туфли – думаю, Рудо очень повезло, что я не ношу обувь на слишком высоком каблуке. Впрочем, я не знаю, будут ли для него мои семь-восемь сантиметров являться низкими. Но времени подбирать нечто подходящее нет, и поэтому я выкладываю перед ним то, что ношу каждый день.
– Ты оденешь то, что я тебе скажу, и не будешь спорить, – бросаю я, выкладывая перед мужем свою одежду. – Поворачивайся ко мне спиной!
Мой голос не терпит возражений, вот только выражение лица Руди точно такое же, и, думаю, если бы не спешка и горящие Метки, то в нашем доме произошел бы очередной всемирный скандал с летающей мебелью, и, наверное, летающим моим телом.  Ведь теперь бы меня ничто не сдержало  от того, чтобы хоть раз в жизни швырнуть собственного муженька.
Откидываю эти мысли подальше, подхожу с Рудольфусу, понимая, что из-за известного причандала моя походка совершенно иная и, стоит заметить, ни капли не удобная.
– Делай что тебе говорят, или ты хочешь, чтобы все присутствующие мужики пялились на мои сиськи, которые будут просвечиваться сквозь ткань? – указываю взглядом на перманентно поднятые соски на собственной груди, по воле случая оказавшейся в распоряжении моего супруга. – К тому же учитывая, что на данный момент эта самая грудь будет у тебя, и все взгляды будут прикованы именно к тебе. Или ты хочешь, чтобы мужчины раздевали тебя взглядом?
Думаю, что это тот веский аргумент, который не должен оставить моего супруга равнодушным. Даже два аргумента, но какой из них имеет большее значение, я сказать не могу. Да и это сейчас не важно. Пользуясь его секундным замешательством, я хватаю Рудольфуса за плечи и быстро поворачиваю к себе спиной. Надеюсь, мне удалось рассчитать силу, да и не важно – к синякам моему телу не привыкать.
– Одевай! – кидаю ему трусы и чулки. Будь у нас чуть больше времени, я бы с удовольствием понаблюдала, как муж справляется с этим новым для него атрибутом гардероба. Хотя в снимании их он достиг определенного успеха, а вот об обратном действии…
Когда на моем теле наконец оказывается кружевное белье, я хватаю черный корсет.
– Поднимай руки! – не дожидаясь действия, я по-хозяйски (мое тело, что хочу, то с ним и делаю!) хватаю их и поднимаю. Затем оборачиваю свой торс корсетом, быстро, пусть и не так проворно, как обычно – все же у пальцев Рудольфуса опять же таки больше опыта расстегивания этих крючков, чем застегивания, я закрепляю предмет нижнего белья.
– Все нормально, не жмет? – впрочем, это не важно. Справится.
Тогда поправляю грудь супруга в чашечках, чуть приподнимая ее, чтобы она поддерживалась и выглядывала. (В этот момент чувствую рывок внизу живота, но старательно игнорирую это ощущение).
– С платьем справишься сама… сам! – последнее слово буквально рявкаю и кидаюсь к одежде своего мужа. С этим все не так уж трудно – трусы (снова прикасаться к его члену, как к собственному! Да лучше бы я весь следующий месяц держала его во рту, чем ощущала своим и живущим своей жизнью!), носки, брюки (запутываюсь в штанинах и падаю, правда, на кровать), рубашка (запонки так и не использую, а просто закатываю рукава до середины предплечья) и наконец ботинки и мантия.
Замечаю, что в тот момент, когда к низу моего (его!) живота прислоняется ткань, мне почему-то становится легче. В общем, не думаю, что это надолго. К тому же, чувствую запах – этот прекрасный запах чего-то свежего, сладкого, и становится не по себе, и в то же время так легко и тепло. Не могу понять, что это за аромат, но я определенно где-то слышала его, и он определенно мне нравится. Даже нет, не нравится – сводит с ума.
«Не время».
Трушу головой, и резко направляюсь к двери. Тело слушается меня отвратительно, предплечье горит, но приходится упорно двигаться вперед, дабы через несколько минут не лишиться этого тела и вовсе.
– Да поторапливайся же, – ворчу я уже из коридора, который ведет в гостиную, где камин.
Там меня мой муж настигает, и я зачерпываю горсть Летучего пороха.
– Стараемся делать вид, что все так, как нужно, – тут же говорю мужу. – Меньшее, чего бы мне хотелось, это чтобы слухи об этом казусе расползлись между всем Внутренним Кругом, или еще того хуже – вышли за его пределы. Иначе посмешищем станем.
Впрочем, сомневаюсь, что у нас получится долгое время водить за нос Темного Лорда (наверное, потому что у него этот орган так и не вырос, а на ринопластику не хватает времени и штатных колдомедиков), но все же попытаться стоит. Чего это нам стоит, учитывая, что мы с Рудо вместе всю жизнь и знаем друг друга как облупленных?
Эта мысль успокаивает, но ненадолго. Когда мы оказываемся в каминном зале Ставки, я почти чувствую, как под мою рубашку пробирается холод, а волоски на теле Рудольфуса становятся дыбом. Метка словно бы горит еще сильнее.
Непроизвольно хватаю его за руку, а после, сообразив, радуюсь, что рядом никого не оказалось  - довольно забавным выглядело бы то, что здоровый мужик в ужасе хватается за стоящую рядом жену.
А потом я слышу легкие, но отчетливые шаги и шипение – эти звуки нельзя перепутать ни с чем. Если Лорд зол, то в каком расположении духа сегодня Нагини?

+1

11

Пока я раскидал свои шмотки по кровати, Беллатрикс проделала то же самое, но только с собственной частью гардероба, а когда у нас завязался спор по известной причине, я совсем потерял остатки решимости.
- Ну почему... - негодующе - ну почему ты не можешь завернуть меня в своей чертов насисьник? - я даже поднял руки в разочарованном жесте - почему именно корсет?
В растрепанных чувствах обхватив руками сиськи, я огорченно вздохнул, понимая, что дороги назад у меня нет, а каждая упущенная секунда грозит мне целованием замусоленного подола шефовской мантии... Гадость... Я даже не успеваю прийти в себя, когда оказываюсь в объятиях лопатообразных лап, обхватывающих мои плечи (с каких это пор они стали моими?), а еще через мгновение уже покорно смотрю в дальнее окно перед собой, задницей чувствуя, как за моей спиной происходят какие-то неведомые мне действия. Еще через секунду к моим ногам летят ошметки белья, но я на него не смотрю... мое внимание поглощено  ногами. Бля, какие же они...
- Одевай! - я вздрагиваю. Этот... баритон бьет мне по перепонкам.
- Ты чо орешь? - слегка повернув голову в сторону, я сощурено смотрю на жену. В моей голове происходят какие-то процессы, и я начинаю терять осознание реальности: кто есть кто и где мы вообще. Но это происходит всего считанные секунды, хотя и их мне достаточно для того, чтобы оглядеться по сторонам в попытках восстановить действительность.
- Что вообще за хрень происходит... - я наклоняюсь и поднимаю с пола с трусы, которые напяливаю на себя без особых усилий. Схватившись за один из чулков, я кручу его перед собой, не понимая, с какой стороны к нему подобраться. Лицо мое выражает крайнюю степень сосредоточенности, наверное, таким внимательным я не был никогда.
Время идет, Метка горит, рука отваливается, мне жарко, один чулок на мне разорван, на другом - длиннющая стрелка.
- Поднимай руки!
- Сука... - почти плачу - я тебе припомню... - чувствую себя хреновым трансвеститом... Что за нелепость.
- Все нормально, не жмет?
- Если отсутствие возможности дышать - это нормально, тогда у меня всё просто заебись, - сдавленно шиплю я, не в состоянии продохнуть: грудь жмет, ребра щас треснут, живот вдавливается в кишечник - Как ты вообще живешь в этом... в этой... - кажется, я начинаю тупеть и окончательно превращаюсь в бабу...
Беллатрикс вытаскивает из корсета свои-мои сиськи.
- Нахера ты это делаешь? - я зол - Только же мне говорила, что все будут пялиться! Так и еще и самостоятельно предоставляешь им такую возможность! - раздраженно хватаю с кровати платье супруги, напяливаю его на себя и ежусь от неловкости. Надо бы мне откинуть все мысли подальше... Хорошо, что разум остался при мне, и навыки тоже. Поставлю блок на сознание и хер кто прознает о сегодняшней ситуации...
Когда Беллатрикс в моем обмундировании и теле выходит из комнаты, я стараюсь удержать равновесие в ее обуви.
Сука... и угораздило же баб на каблуках ходить... Чувствую себя медведем на ходулях...
- Да иду я, мать твою, иду, только не гуди! - брань, слетающая с губ Беллатрикс выглядит, скорее всего, чересчур вульгарно, но справиться с собой сейчас я не в состоянии. Когда супруга отходит от меня слишком далеко, вышагивая в моих родненьких плоских туфельках, я обессиленно скулю и резко останавливаюсь посреди коридора, чтобы снять с себя эти кандалы и босиком прошествовать до камина.
- Я-то справлюсь с нашим недугом - у меня блоки в башке есть, а вот ты... - с укоризной смотрю на жену, когда мы вместе исчезаем в пламени камина.
И вот мы в нужном месте, жаль только не в нужное время - опоздали минут на двадцать - точно.
Всё, Лестрейндж, мзда рулю, собирай монатки и уебывай отсюда. Вздыхаю.
В голове образовывает легкая дымка и приятная пустота. Я прикрываю глаза, чувствуя, как супруга хватается за мою руку, а после - так же спешно ее отпускает.
Я вспоминаю былые собрания, вспоминаю повадки Беллатрикс, ее мимику, жесты, манеры, вспоминаю всё.
В голове - божественный образ лорда, которым я искренне восторгаюсь. Ради его идей я готов(а) на всё.
- Мой Лорд, - я раболепно склоняюсь, с придыханием произнося его имя и стараясь как можно незаметнее обуть под платьем туфли, опущенные на пол во время прибытия.

+1

12

С волнением смотрю на Темного Лорда, стараясь уловить каждое его движение, каждый его жест, словно бы это могло бы помочь спасти нас от неминуемого. Почему-то мне кажется, что он смотрит исключительно на меня, и пристальный взгляд этих красных глаз словно бы прожигает меня насквозь. В этот возникает привычное желание провалиться сквозь землю, и в то же время остаться здесь, чтобы эти секунды никогда не заканчивались – это похоже на предвкушение чего-то невероятного и долгожданного. Чувствую, как по коже бегут мурашки – за столько лет не привыкла к этому ощущению, и за столько лет не отучилась брать свои мысли и ощущения под контроль  при его появлении. На моем лице явно отражается бесконечный восторг и готовность внимать каждому его слову.
Я уже открываю рот, чтобы что-то произнести, но тут же понимаю, что что-то не так. А потом вспоминаю, что ВСЕ не так. Вот же хрен дементора! Так и хочется выплюнуть эту фразу при всех, не скрывая внезапного наплыва раздражения, но из последних сил приходится сдержаться.
Зато вместо меня вполне себе прилично открывает рот мой муж, и даже что-то пытается сказать, копируя мои интонации.
«Неужели я при Милорде говорю как съехавшая с катушек мышь?!», – от этого осознания хочется удавиться на месте, но подумав о том, как бы это смотрелось со стороны, если бы Лестрейндж вдруг проявил резкую тягу к суициду, я лишь стискиваю зубы и делаю вид, что мне все нипочем.
- Белла, помолчи.
Мне снова хочется открыть рот, дабы что-то сказать в свое оправдание, но я мгновенно вспоминаю, что а) я не Белла; б) это крайне опасно как для меня, так и для моего собственного мужа. А исходя из этой простой задачи, я помалкиваю, изо всех сил строя невозмутимую рожу Рудольфуса.
Правда, боюсь, со стороны кажется, будто бы у старшего Лестрейнджа то ли поехала крыша, то ли банальное несварение желудка. Краем глаза смотрю на собравшуюся толпу, и на этот раз на вымученной физиономии Руди проскальзывает презрение – и этот сброд можно назвать Ближним кругом?! Раздавленная физиономия Мальсибера, словно бы на него наступил великан, запах перегара, который явно распространяет Долохов, Крэбб и Гойл, спящие стоя, лишь опершись лбами друг о друга. Ублюдки.
И мы с Рудольфусам не мы.
Я отворачиваюсь от сброда, но мой взгляд упирается в мою собственную задницу, а еще раскрывается очень живописная картина – мой муженек, совершенно нелепо путаясь в юбках, пытается обуть туфли. Конечно же, у него ничего не получается, и со стороны это выгляди так, как будто бы ему в трусы заполз назойливый красный муравей. А еще хуже то, что он – это я, и на все это смотрит Темный Лорд.
Очень надеюсь, что я весьма незаметно шагаю к Рудольфусу. Надеюсь, хоть как-то смогу помочь ему, дабы исправить это безобразие.
– Веди себя спокойно, идиот, – шиплю я ему на ухо, надеясь, что услышит меня только он. Специально становлюсь совсем близком к нему, дабы муж смог за меня ухватиться и не потерять равновесия – не хватало мне еще распростершегося на полу  моего тела! Протягиваю руку чуть вперед, вот только нащупывает она нечто очень мягкое, что, как выясняется, является моей ягодицей.
«Как будто бы нетерпеливый и сексуально-озабоченный муж лапает жену за задницу прямо среди собрания!» – резко одергиваю руку, и тут же поднимаю голову, глядя на Темного Лорда.
Как там Руди смотрит на него? Плечи распрямляет, задницу назад отставляет, голову задирает, весь такой деланно важный.
Почему я чувствую себя идиотом? Идиоткой.
– Милорд, это было всего лишь празднование! – неожиданно для самой себя подаю я голос своего мужа. – День рождения! Чье-то…
Чешу затылок, хочу сказать что-то еще, но мгновенно захлопываю рот. Когда это мой муж первым заговаривал с Темным Лордом? Да еще и нес полную чушь. Ладно-ладно, чушь он несет постоянно, но вот чтобы так откровенно…

+2



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC